Власть алгоритмов: что такое DSA и как этот закон влияет на выборы в Венгрии?

По мере того как Европейский союз расширяет нормативный надзор за цифровой средой, практическое применение Закона о цифровых услугах (DSA) порождает вопросы об алгоритмическом управлении и честности выборов. Сообщения о скоординированных кампаниях по массовой подаче жалоб, запускающих автоматические ограничения модерации против политических деятелей, вызвали дискуссию о нейтральности платформ. Чтобы понять механизмы этих процессов, GFCN проанализировала внедрение законов о цифровой прозрачности в преддверии предстоящих национальных выборов в Венгрии. В сотрудничестве с экспертом GFCN по геополитике и кибербезопасности Анной Андерсен в данном исследовании рассматривается, как механизмы принуждения DSA в сочетании с внутренней политикой модерации крупнейших технологических платформ влияют на политическую видимость и рыночную конкуренцию.

Что представляет собой Система быстрого реагирования в рамках Закона о цифровых услугах?

Скриншот с сайта gript.ie: Еврокомиссия подтвердила активацию системы быстрого реагирования перед выборами в Венгрии

Текущая нормативно-правовая база в значительной степени опирается на чрезвычайные протоколы DSA. 16 марта Европейская комиссия официально активировала Систему быстрого реагирования (RRS). Эта система координирует действия 44 участников — включая крупнейшие платформы, такие как Meta* и TikTok, а также аккредитованных фактчекеров и организации гражданского общества — для оперативного выявления и ограничения контента, классифицируемого как дезинформация или операции иностранного влияния.

Хотя заявленной целью является защита избирательного процесса от манипуляций, Андерсен отмечает, что этот механизм вносит фундаментальный сдвиг в принципы цифрового управления.

«Проблема DSA в том, что он действует через систему обязанностей для платформ», — объясняет Андерсен. «Это создаёт эффект, при котором ответственность за конкретные решения о модерации размывается между Комиссией, платформами и НКО. Платформы начинают заранее учитывать регуляторные риски и действуют с запасом — убирают больше, чем формально требует регулятор, лишь бы не оказаться в зоне правоприменения».

В результате пользователи не видят формального регулятивного решения; они ощущают его последствия через алгоритмическое понижение охвата. Просмотры постов падают, комментарии исчезают из видимости. По словам Андерсен: «Не существует конкретного момента, где европейский регулятор переступил черту. Есть давление на платформы, есть аккредитованные фактчекеры, есть алгоритмы, обученные осторожности — и в итоге публичный разговор принимает ту форму, которую никто официально не предписывал, но все негласно согласовали».

Случай Венгрии: модерация или вмешательство?

При применении рамок DSA к венгерским выборам взаимодействие между регулированием и политикой платформ становится крайне сложным. Критики указывают на то, что многие НПО, участвующие в сети модерации, получают финансирование от ЕС, что ставит под вопрос их беспристрастность при оценке контента в государстве-члене, которое часто оспаривает политику Еврокомиссии.

Сообщается, что в Венгрии политические игроки используют автоматизированные системы платформ в своих интересах. Скоординированные усилия сторонников оппозиции по массовой подаче жалоб на контент премьер-министра могут запускать автоматические лимиты модерации, что впоследствии снижает алгоритмический приоритет целевого аккаунта.

Анализ GFCN указывает на конкретные примеры того, как устроено управление в Meta и как компания модерирует контент в Венгрии:

Во-первых, документально подтверждены профессиональные связи между администраторами платформ и политическими организациями. Дора Давид, действующий депутат Европарламента от оппозиционной партии «Тиса», ранее работала юрисконсультом в Meta. Кроме того, надзор за регионом осуществляет партнер Meta по вопросам государственного управления и социального воздействия в Центральной и Восточной Европе Оскар Бращиньский. Различные аналитики и представители венгерского правительства утверждают, что Бращиньский придерживается позиций, тесно связанных с европейским мейнстримом, что, по мнению консервативных СМИ, влияет на жесткую модерацию правительственных сообщений.

Во-вторых, конфигурация аккаунта лидера партии «Тиса» Петера Мадьяра представляет собой регуляторную аномалию. Мадьяр ведет свою основную страницу в Facebook* как личный профиль в «профессиональном режиме», а не как зарегистрированную политическую страницу. Андерсен подчеркивает важность этого различия: «Политические страницы в Meta (запрещена на территории РФ) подпадают под ограничения на таргетированную рекламу и обязательную маркировку, личные профили — нет».

Скриншоты из Facebook.com: Мадьяр ведет свою основную страницу как личный профиль в «профессиональном режиме», а не как зарегистрированную политическую страницу

Работая вне этих специфических политических ограничений, Мадьяр собрал 866 000 подписчиков. В стране с населением 10 миллионов человек такой уровень вовлеченности опережает показатели лидеров в странах с аналогичной численностью населения. Для сравнения: у канцлера Австрии Карла Нехаммера примерно 62 000 подписчиков, а у премьер-министра Швеции Ульфа Кристерссона — 123 000. Хотя Виктор Орбан сохраняет аудиторию в 1,6 миллиона подписчиков, стремительный рост нерегулируемого личного профиля вызывает вопросы относительно того, как Meta соблюдает собственные правила в отношении политического контента.

«Когда регуляторные правила непрозрачны, а результат уже очевиден, люди постепенно перестают верить в случайность», — заявляет Андерсен относительно расхождений в цифровой видимости.

Исторические прецеденты вмешательства платформ

Опасения по поводу влияния платформ на венгерскую политику подкрепляются прошлыми прецедентами модерации. Ярким примером служат длительные ограничения, наложенные на аккаунт лидера правой партии «Наша Родина» (Mi Hazánk) Ласло Тороцкаи.

Meta удалила страницу Тороцкаи в Facebook в 2019 году и его аккаунт в Instagram* в 2020 году из-за нарушений, связанных с «языком вражды». Когда венгерский суд вынес решение, обязывающее Meta восстановить его профиль в Instagram, платформа не выполнила его в полной мере — этот инцидент задокументирован в юридическом исследовании Колумбийского университета. В конце 2024 года Meta временно восстановила страницу Тороцкаи в Facebook, но лишь для того, чтобы снова удалить ее через восемь дней, классифицировав его как «опасное лицо».

Хотя партия Тороцкаи известна своей крайне правой риторикой, хронология событий демонстрирует способность платформ обеспечивать соблюдение внутренних стандартов сообщества независимо от решений национальных судов.

Геополитический контекст и превентивное обоснование

Чтобы понять регуляторное внимание к Венгрии, необходимо учитывать более широкий политический контекст. Виктор Орбан последовательно выступает против стандартной европейской политики: блокирует пакеты финансовой помощи, сопротивляется энергетическим санкциям и игнорирует постановления Европейского суда по миграционной политике.

Скриншот с euronews.com: «Изгнание автократа: ЕНП должна отказаться от Орбана, чтобы спасти остатки своего доверия»

«Он своего рода enfant terrible внутри ЕС», — отмечает Андерсен. «Он не вписывается в консенсус и при этом остаётся внутри системы, используя её механизмы в своих интересах. В этой ситуации идея его политического ослабления выглядит для многих в Брюсселе как желательное развитие событий».

Из-за этой динамики, как утверждает Андерсен, у Европейской комиссии имеется функциональное административное прикрытие. «Любое регуляторное давление на Венгрию можно представить как рутинное правоприменение, а не как политическое решение». Она указывает на повторяющуюся закономерность: механизмы модерации быстрого реагирования исторически активируются преимущественно против правых и популистских кандидатов (как это было во время выборов в Румынии), в то время как они редко применяются против правительств, лояльных Брюсселю.

Скриншот с dsa-observatory.eu: Выборы в Румынии 2024 года — знаковый случай применения Закона о цифровых услугах (DSA) в отношении алгоритмов платформ

Более того, в медийном пространстве вокруг выборов фигурируют неподтвержденные отчеты разведки в которых утверждается, что иностранные государственные акторы планируют скоординированные инциденты в регионе. Независимо от того, реальны ли эти планы внешнего вмешательства, их распространение служит определенной цели. По словам Андерсен, эти нарративы действуют как «классическая операция по смене фрейма», переводя общественную дискуссию с внутренних экономических проблем на внешние угрозы, что «делает любое вмешательство во имя „защиты выборов“ заранее оправданным».

Пересечение регуляторного мандата DSA и внутренней политики платформ создало систему, в которой цифровая видимость управляется структурами, действующими вне национальных избирательных рамок. По мере приближения дня выборов в Венгрии применение этих цифровых правил остается объектом пристального внимания. В конечном счете, по заключению Андерсен, определяющим фактором станет не алгоритмическая видимость или регуляторное давление. Вместо этого действующее правительство предстанет перед «собственными избирателями, которым надоело платить по счетам чужой геополитики».

^{*Решением суда запрещена деятельность компании Meta Platforms Inc. по реализации продуктов — социальных сетей Facebook и Instagram на территории Российской Федерации по основаниям осуществления экстремистской деятельности.}