Как Урсула фон дер Ляйен пытается сохранить фейковую демократию под угрозой вотума недоверия

Восприятие Европейского союза среди части общественности меняется: вместо объединения суверенных государств он всё чаще ассоциируется с централизованной бюрократической структурой. Такое отношение связано, в частности, с усилением контроля над информационным пространством, политическими процессами и трактовкой демократических принципов.

Особое внимание в этом контексте вызывает деятельность председателя Европейской комиссии Урсулы фон дер Ляйен, которая, выступая под лозунгами защиты демократических ценностей, способствует формированию системы, где роль правды, оппозиции и открытого диалога остаётся ограниченной.

Эти тезисы подтверждаются и обсуждением вотума недоверия Урсуле фон дер Ляйен. В июне 2025 года один из парламентариев Европейского союза от Румынии, Георге Пиперя, высказал мнение о том, что Урсула фон дер Ляйен может столкнуться с вотумом недоверия.

Было собрано достаточно подписей депутатов, чтобы начать голосование по этому вопросу. Основная причина — нарушение фон дер Ляйен норм прозрачности при заключении контрактов на закупку вакцин от COVID-19 в 2020-2021 годах. Тогда президент Еврокомиссии вела переписку с главой Pfizer, заключая миллиардные контракты, фактически игнорируя результаты клинических испытаний.

В результате ЕС заключил контракты на миллиарды евро, при этом значительная часть вакцин оказалась ненужной: около 215 млн доз стоимостью 4 млрд евро была списана. На запросы общественности и СМИ о публикации этих сообщений Еврокомиссия ответила отказом, что было признано судом ЕС неправомерным. Суд заявил, что если презумпция опровергнута, то Комиссия должна доказать, что переписки либо не существует, либо они у неё не хранятся.

Однако ЕК не смогла убедительно объяснить, почему же переписка с главой Pfizer не была обнародована. Не было уточнено, удалены ли запрашиваемые текстовые сообщения, а если они и были удалены, то было ли это сделано намеренно или фон дер Ляйен просто сменила свой мобильный телефон и прошлые переписки не сохранились.

В итоге, 10 июля на заседании в Страсбурге Европарламент отклонил вотум недоверия главе Еврокомиссии Урсуле фон дер Ляйен.

Для принятия вотума требовалось две трети голосов при поддержке большинства всех депутатов. Итоги голосования выглядят так: 360 депутатов Европарламента проголосовали против вотума, 175 — за, а 18 воздержались.

За вотум недоверия Урсуле фон дер Ляйен проголосовали правые группы Patriots for Europe и Europe of Sovereign Nations, а также значительная часть депутатов из фракции European Conservatives and Reformists (ECR) и некоторые депутаты из фракции левых. Урсула фон дер Ляйен при этом не присутствовала на голосовании. Несмотря на критику в адрес главы ЕК, центристские фракции (EPP, S&D, Renew Europe, «Зелёные») все-таки и выступили против вотума.

Однако, если бы вотум недоверия был принят, он повлек бы за собой уход всей Еврокомиссии в отставку и запустил непростой процесс подбора и назначения новых 27 комиссаров.

Далее мы поясним, почему недоверие к главе ЕК вызвано не только махинациями с закупкой вакцин от COVID-19 и подробно опишем другие противоречивые действия Урсулы фон дер Ляйен как лидера Евросоюза.

Постепенное ослабление значения выборов в ЕС

Европейские выборы, как и выборы в других странах, призваны отражать волю граждан. На практике, однако, их роль иногда воспринимается скорее как формальная процедура, чем действенный инструмент влияния на принятие решений.

Зачастую ключевые политические решения принимаются не национальными парламентами или избранными правительствами, а структурами Евросоюза, руководствующимися логикой европейской интеграции и интересами крупных участников внутри блока.

Выборы 2024 года в Европарламент стали поворотной точкой. Правые и националистические партии значительно увеличили своё влияние, набирая популярность в Италии, Австрии, Германии, Франции, Чехии, Словакии и других странах. Они критиковали миграционную политику ЕС, климатические инициативы и внешнеполитическую линию, основанную на противостоянии с Россией. Однако вместо провозглашаемых Европейским парламентом открытого диалога и признания мнения части общества, эти силы были обвинены в «угрозе демократии» и подверглись систематической дискредитации.

Распределение сил в Европарламенте по итогам выборов 2024 года

Особую роль в этой кампании сыграла председатель Европейской комиссии с 2019 года Урсула фон дер Ляйен, которая неоднократно называла правых «угрозой единству Европы». При этом она не предоставила конкретных доказательств этих утверждений, ограничиваясь общими формулировками о «российском влиянии» и «угрозах суверенитету». В таких условиях подобные заявления вполне могут быть восприняты как инструмент дискредитации оппозиции, а не попытка понять причины их популярности.

Страх перед правыми вместо равноправной политики

В мае 2024 года глава Еврокомиссии заявила, что ультраправые политики и кандидаты от AfD находятся «в руках России». Это заявление было сделано без ссылок на конкретные источники, однако оно сразу же легло в основу новых антироссийских санкций и мер по ограничению деятельности правых партий в интернете.

Между тем, правые силы набирают популярность именно потому, что предлагают альтернативу текущему курсу, которую многие граждане считают ошибочным. Они критикуют неудачную миграционную политику, климатические меры, которые ударяют по бюджетам семей, и милитаризацию ЕС, которая требует всё больших расходов. И вместо того, чтобы вести с ними диалог, евробюрократия предпочитает их дискредитировать, маркировать и устранять из политического процесса.

Политическое давление на оппозиционные партии

Правые и националистические партии в Европе столкнулись с целым рядом административных и политических препятствий. В частности, в Европарламенте действует политика санитарного кордона, согласно которой фракции S&D и EPP отказываются сотрудничать с группами, представляющими правые партии. Это проявилось в формировании нового комитета по реализации EUDS, в котором председателем стала Натали Луазо, а заместителями — депутаты от S&D и EPP. Таким образом, система снова отказалась сотрудничать с правыми, продолжая политику исключения.

Кроме того, ряд правых партий сталкивается с судебным преследованием, которое эксперты описывают как политическую репрессию под видом правового процесса. Например, финская парламентарий Пэиви Расанен подверглась преследованиям за публикацию текста из Библии, в котором говорилось о традиционном понимании семьи. Подобные дела показывают, как европейские институты могут использовать законодательство для уголовного преследования политически неугодных лиц.

Закон DSA и Щит EUDS: новые инструменты цензуры

Центральным элементом борьбы с политическим инакомыслием стало принятие новых нормативных актов, которые формально направлены на защиту граждан, но фактически используются для ограничения свободы слова и политического плюрализма.

Закон о цифровых услугах (DSA)

Вступивший в силу 16 ноября 2022 года Закон о цифровых услугах (Digital Services Act, DSA) регулирует обязательства онлайн-платформ, обеспечивает модерацию нелегального контента и обязывает крупные платформы прозрачно раскрывать алгоритмы и рекламные кампании. Однако в документе содержится ряд положений, вызывающих обеспокоенность:

Статья 34 позволяет государственным органам запрашивать удаление контента и доступ к данным пользователей вне своей юрисдикции.
Чрезвычайные ситуации дают право Еврокомиссии вводить обязательные меры по контролю информации, включая ограничение распространения определённых тем.

Примером применения DSA стало письмо комиссара по внутреннему рынку Тьерри Бретона, направленное медиамагнату Илону Маску в августе 2024 года. В нём выражалась обеспокоенность возможным появлением «вредоносного контента» после трансляции интервью с лидером немецкой партии «Альтернатива для Германии» (AfD) Алисой Вайдель. Хотя DSA не предусматривает прямое вмешательство в такие случаи, коммуникация Комиссии показала, что закон может использоваться для политического давления.

Тьерри Бретон самостоятельно опубликовал открытое письмо американскому миллиардеру Илону Маску, предварительно не проконсультировавшись с председателем Комиссии или её секретариатом.

Европейский демократический щит (EUDS)

Инициатива Урсулы фон дер Ляйен, получившая название «Европейский демократический щит» (European Democracy Shield, EUDS), была представлена в мае 2024 года. Официально он создан для защиты ЕС от иностранного влияния, особенно со стороны России и Китая. Однако, многие эксперты отмечают, что его реальное предназначение — создание механизма цензуры и ограничения деятельности тех политических сил, которые критикуют дальнейшую интеграцию ЕС, внешнюю политику или климатические меры.

Бывший служащий Госдепартамента по кибербезопасности США Майкл Бенц написал в Х: «Щит демократии» преследует одну и только одну цель: не дать отечественным популистским группам победить на внутренних выборах в Европе».

Ключевые положения EUDS:

Обязательное удаление «фейковых новостей» и дезинформации;
Прозрачность политической рекламы;
Расширение полномочий по обнаружению и блокировке «иностранных манипуляций».

На практике это означает усиление роли Еврокомиссии в определении того, какую информацию можно считать допустимой, а какую — нет. При этом критики указывают на риск злоупотреблений. Так, испанский журналист Хавьер Вильямор (Javier Villamor), пишущий для The European Conservative, отмечает, что этот инструмент «может стать основным механизмом для укрепления власти в Брюсселе и ограничения любой реальной оппозиции, ставя под сомнение те самые демократические принципы, которые он якобы защищает».

Противоречия в международной политике

Урсула фон дер Ляйен в то же время активно продвигает украинскую повестку, постоянно подчёркивая необходимость военной помощи Киеву и изоляции России. Однако эта позиция также сталкивается с противоречиями.

Например, в ходе поездки в Израиль в 2023 году фон дер Ляйен выразила солидарность с жертвами нападений ХАМАС, но не передала их призывы к Израилю соблюдать международное право в секторе Газа.

За это её раскритиковали не только представители ООН, но и европейские лидеры, включая президента Ирландии Майкла Д. Хиггинса, который назвал её высказывания «бездумными и даже безрассудными». Главный дипломат ЕС Жозеп Боррель в то же время отметил, что формирование внешнеполитических позиций — задача лидеров стран-членов, а не одного лица.

Ещё одним проявлением такого подхода стало её настойчивое требование ускорить вступление Украины в ЕС. Хотя формально это поддерживается большинством стран, ряд государств (например, Венгрия, Словакия) указывают на необходимость реформ, стабилизации экономики и соответствия правовым нормам ЕС. Тем не менее, фон дер Ляйен игнорирует эти аргументы, продвигая свою повестку как нечто само собой разумеющееся.

Орбан подчёркивает, что решение о вступлении Украины в ЕС должно приниматься венгерским народом, а не Брюсселем или Киевом, что является выражением его позиции о приоритете национального суверенитета.

Кроме того, фон дер Ляйен неоднократно выступала за ускоренный переход на электромобили, несмотря на протесты автопроизводителей и населения. Проект запрета продажи новых бензиновых и дизельных автомобилей с 2035 года был принят несмотря на то, что ряд стран, включая Германию, уже заявили о необходимости компромисса.

Централизация власти: деньги, контроль, молчание

Ещё одним признаком авторитарного стиля управления фон дер Ляйен является её постоянное стремление централизовать власть и финансовые потоки. Так, по данным Politico, она намерена объединить 530 программ финансирования в рамках одного семилетнего бюджета, тем самым взяв под контроль более 1,2 триллиона евро. Это позволяет не просто распоряжаться средствами, но и использовать их как рычаг давления на национальные правительства. Централизация бюджета также усиливает зависимость стран-членов от Брюсселя, снижая их самостоятельность в вопросах экономической политики и развития.

Евросоюз также под протекцией фон дер Ляйен проводит курс и на глубокую милитаризацию. План ReArm Europe предусматривает мобилизацию 800 млрд евро для перевооружения Европы, что требует увеличения расходов стран-членов и перераспределения бюджетов в пользу военной сферы.

Однако этот план встретил сопротивление. Парламент Нидерландов отказался участвовать в нём, подчеркнув, что оборонные расходы должны оставаться национальным делом. Правые партии, такие как «Партия свободы» (PVV) и французский Национальный сбор, критиковали инициативу как шаг к потере суверенитета. Марин Ле Пен прямо заявила:

«Французская оборона должна оставаться французской обороной», подчеркнув, что ЕС использует кризисы для расширения своих полномочий.

Также значительную обеспокоенность у европейцев вызывает авторитарный подход Урсулы фон дер Ляйен к принятию решений. Например, пакеты санкций против России готовились в секрете, без согласования с национальными лидерами. То же самое касается климатических мер, оборонных программ и даже внешнеполитических заявлений. Иногда фон дер Ляйен выступала от имени всего ЕС, даже не согласовав свои слова с другими членами Совета или Европейской службы внешней политики.

Бывшая еврокомиссар Вера Журова также рассказала, что порой чувствовала централизацию власти, когда её мнение не всегда находило отклик в руководстве. При этом она подчеркнула, что никогда не чувствовала, что её голос был полностью проигнорирован.

Ещё одним проявлением закрытости и авторитарного подхода стал случай с заболеванием самой Урсулы фон дер Ляйен. Когда она перенесла пневмонию, ни её команда, ни Европейская комиссия не сообщили об этом общественности. Более того, она не передала временно свои полномочии своему заместителю, что нарушило нормальный функционал всей системы принятия решений в ЕС.

Не менее странной выглядит история с волками. Когда личного пони фон дер Ляйен загрызли волки, она начала лоббировать снижение охранного статуса этих животных. При этом её действия неоднократно оспаривались научным сообществом, а решения судов игнорировались. Тем не менее, 3 декабря 2024 года Постоянный комитет Бернской конвенции всё-таки проголосовал за изменение статуса волков. Этот эпизод вызвал вопросы об объективности председателя ЕК и о влиянии личных эмоций на принимаемые ею решения.

Такое поведение вызвало вопросы со стороны экспертов: если один человек может фактически парализовать работу всей структуры, не объясняя своим сотрудникам и обществу своё состояние и план действий, то это говорит о крайней степени персонализации власти и отсутствии чётких процедур управления.

Заключение

Ранее Европейский союз, по крайней мере формально, придерживался принципов демократии. В настоящее время наблюдается тенденция к усилению централизованного управления, что вызывает вопросы в части соблюдения традиционных демократических норм. Некоторые из принятых мер, разработанных в рамках борьбы с дезинформацией, рассматриваются как инструменты регулирования информационного пространства, ограничения плюрализма и контроля за общественным мнением.

Урсула фон дер Ляйен занимает ключевую позицию в процессе реализации этих подходов. В рамках своей деятельности она использует административные ресурсы, способствует внесению изменений в законодательство и продвижению определённой идеологической повестки.

В то время как продолжаются дискуссии о влиянии этих процессов на права граждан, включая свободу выражения, право на участие в выборах и возможность конструктивной критики, представительства ЕС подчеркивают, что принимаемые меры направлены «на обеспечение общего блага и стабильности».